Современное общество, которое принято называть демократическим, постиндустриальным обществом, сегодня претерпевает ряд существенных изменений, которые касаются всех аспектов человеческой жизни. Как ни странно, это движение уходит в сторону смешения виртуальных систем к обыденной реальности. И что важно, произошло это не тогда, когда появился Интернет и приобрели широкое распространение средства массовой информации, которые оказывают значительное влияние на массовое сознание, а тогда, когда информация как ценность возвысилась над силой и материальными носителями богатства.
Современное общество, которое принято называть демократическим, постиндустриальным обществом, сегодня претерпевает ряд существенных изменений, которые касаются всех аспектов человеческой жизни. Как ни странно, это движение уходит в сторону смешения виртуальных систем к обыденной реальности. И что важно, произошло это не тогда, когда появился Интернет и приобрели широкое распространение средства массовой информации, которые оказывают значительное влияние на массовое сознание, а тогда, когда информация как ценность возвысилась над силой и материальными носителями богатства.
Вот простой пример: если мы представим, что существуют две абсолютно одинаковые (по свойствам) рубашки, одну из которых пошили в местном ателье, а другую выпустили под маркой Джорджио Армани, то, как вы думаете, какая из них будет стоить дороже, и почему? Это стоимость бренда, стоимость информации, которую не сумел предвидеть классический марксизм, она показывает определённый статус человека, который её носит, ведь сейчас не имеет значения «чем» является продукт, а имеет значение лишь «форма подачи», то внимание, которое привлекается к продукту, прежде всего посредством рекламы с помощью СМИ. Приведенный пример является самым простым показателем «сдвига» поля экономики в сторону виртуализации, и, как следствие, сдвига общественного сознания в сторону искусственной плоскости наших иллюзий.
Такие же сдвиги произошли и в иных сферах человеческой жизни, и нельзя сказать однозначно, плохо это или хорошо, это просто новый этап человеческого прогресса. Подобные сдвиги ускоряют развитие человека, но одновременно с этим мы можем столкнуться с проблемой фикций. Удивительно, но подобная виртуализация замещения определённого предмета его мнимой формой может приводить к тому, что человек будет существовать в реальности обмана, и жить в нем постоянно, уже не понимая разницы.
Проиллюстрируем это ещё на одном примере: представьте любую кафедру в университете любого ВУЗа в нашей стране. Затем поставьте на одну чашу весов количество научных открытий, произведенных этой кафедрой, скажем, за последние десять лет, а на другую чашу положите количество «научных работ» – докторских, кандидатских диссертаций, студенческих и аспирантских дипломных и курсовых работ, а также многочисленные научные журналы и сборники материалов научных собраний и конференций. Какая чаша перевесит? Естественно, вторая, но лишь по объему. А где же будет настоящая наука? И почему научных исследований куда больше, чем научных открытий? Многие скажут, все дело в необходимости наращивания знаний и накоплении опыта, из которого и будут впоследствии сделаны эти самые открытия. Однако в том-то все и дело, участники отечественного образовательного и научного поля, в большинстве своем, вместо того, чтобы приращивать знания, просто следуют по пути наименьшего сопротивления, продиктованного принципом реляционизма, который гласит, «нет более или менее важных мнений, все мнения равны и все в этом мире проходит…», – этот реляционизм пропитал всю нашу науку, сделав ее до невозможного мультипозиционной. Форма сейчас замещает реальную цель образования и науки, и целое государство поддерживает две эти фиктивные системы, которые позволяют расслаивать общество на классы и общественные группы, с тем, чтобы не допустить консолидации их усилий для борьбы с государством и его институтами в его стремлении подчинить себе и контролировать буквально все. Однако не стоит также забывать, что без подобных структур развитие общества было бы еще более затруднено, так что нам остается лишь модернизировать их и видоизменять, хотя это тема уже совсем иного порядка…
Дмитрий Иванов, известный социолог, написавший в свое время книгу «Виртуализация общества», ещё десять лет назад объяснил этот механизм смещения обыденной реальности в сторону «информационного пространства», мы же лишь хотели бы прояснить, каким образом это касается нашего общества, и особенно в контексте существующего в нем политического поля.
Для начала рассмотрим более детально процесс виртуализации политики, а он заключается в том, что настоящая политика, как политическая борьба между оппонентами за ее основную цель – власть, перетекает из реальности в совсем иное агрегатное состояние. В этом есть как плюсы, так и минусы. С одной стороны мы в последнее время стали более свободными от реальных социальных массовых конфликтов, которые видоизменились и перешли на более затратный, но и более цивилизованный, информационный уровень. С другой стороны той «реальной политики», которая существовала в эпоху, лишенную доминанты средств массовой информации, мы сейчас получить никак не можем. Теперь вся политика делается на телеканалах, радио и в газетах, на митингах и «акциях протеста», но никак не в традиционных институтах управления и уж тем более не на уровне физического противостояния отдельных социальных групп и классов.
В этом свете стоит упомянуть несколько призабытую сегодня «оранжевую революцию». Стоит отдать должное организаторам «майдана», которые, как ни странно, добились эффекта «революционности» в большей степени не благодаря поддержке народа, а, скорее, благодаря тому реалити-шоу, которое было организовано через телевизионные каналы и специальную, чётко отлаженную сетевую структуру, которая дала возможность каждому сопереживать то, что происходило на главной площади нашей страны. Эта «революция» была столь успешной лишь потому, что СМИ находились в поле контроля противоборствующих сил, а представителям тогдашнего «оранжевого лагеря» удалось убедить народ, что именно их позиция верна. И действительно, многие из нас искренне так думали. Интересно, но их оппоненты оказались менее смышлеными в этом плане, хотя и владели значительно большими ресурсами, и они проиграли им политическую борьбу, лишь поддавшись мимолетному ощущению реальности происходящего, хотя на самом деле это был лишь блеф, подкрепленный удачно срежисированной иллюзией.
Продолжая разговор о виртуализации политики, нельзя не отметить, что если раньше базовыми элементами любой партии, претендующей на право выступать гласом народа, являлась ее политическая программа, где освещались ее возможные политические решения, ее идеология как показатель того, каким образом и не отступая от каких принципов она будет выполнять эти решения, то теперь ключевым элементом любой политической силы является исключительно ее имидж, представляемый посредством СМИ. Сегодня борьба за политическую власть это не конкуренция программ действий, а борьба политических брендов, реальные же персоны, задействованные в партии, как «говорящие головы» выполняют лишь функцию «информационных поводов». В дополнение ко всему произошла виртуализация институтов демократии, в ней теперь задействовано огромное количество технологий. И вновь повторимся, это не плохо и не хорошо, поскольку виртуализация политики произошла лишь потому, что так было нужно динамически развивающемуся обществу, которому просто необходимо выпускать пар перед грядущей масштабной перезагрузкой. Однако при этом не стоит забывать о тех вещах, которые мы вынуждены были отдать в жертву за такое «ускорение общественной жизни». Речь идет, конечно же, об отсутствии структурных реформ в экономике и социальной сфере, которыми просто «некогда» и некому было заниматься.
Современные украинские политические партии, так или иначе, вынуждены следовать зову времени или же их ждет весьма печальная участь. Ведь партии предназначены именно для того, чтобы представлять общество и интересы общества. Граждане отдают свой политический капитал (голос) тем, кто, по их мнению, будет представлять их интересы (в идеале) или хотя бы будет их учитывать, осуществляя «волю народа в интересах народа».
В реалиях нашего государства даже эта простая аксиома весьма проблематична, ведь у нас во власти пока вообще не представлено политических партий в традиционном понимании этого слова; их у нас подменяют виртуальные политические проекты, которые можно легко отличить от настоящих политических партий по нескольким вполне очевидным признакам. Во-первых, у них напрочь отсутствует идеология. Знает ли сегодня кто-нибудь из нас, какую идеологию исповедует Партия регионов или БЮТ, или «Блок Литвина», или «Наша Украина», или «Фронт перемен», или «Единый центр»? Всё, что у них есть, это имиджи их лидеров и те «проблемные вопросы» о языке, НАТО, военной истории, которые они навязывают вниманию общественности, дабы отвлечь ее от нерешенности настоящих проблем!
Еще одним характерным признаком таких партий является то, что ими, фактически, управляет и владеет крупный капитал, который попросту превратил политику в еще один вид бизнеса, при чем, довольно доходный. Спросим себя, для чего существуют эти партии? Для обеспечения безопасности своей собственности, для удовлетворения личных амбиций во власти, для ускорения разрешения создаваемых рамками законов проблем, но никак не для выражения и защиты интересов народа.
Даже те «идейные», назовем их так, партии, которые существуют на данный момент, ничего не могут противопоставить в нынешней политической игре нашим политическим «тяжеловесам», ибо они либо являются их марионетками, либо их идеи уже попросту устарели, и общество в них более не нуждается (как случилось, например, с коммунистами, которые доживают свое последнее десятилетие, или руховцами, которые так зациклились на своих минувших достижениях, среди коих они называют прежде всего провозглашение украинской независимости, что просто забывают, что от политической независимости толку мало, если она не подкреплена экономическим фундаментом, который нам только предстоит создавать).
Сегодня время, когда не нужно производить, достаточно «заниматься экономикой», теперь не нужно нарабатывать знания, достаточно «научности» в вашей деятельности, теперь не нужно управлять, достаточно сказать, что «мы позаботимся об общем благе», и это время уже подходит к концу, ведь тонкая, но плотная завеса, отделяющая реальный мир от виртуального, держится лишь до тех пор, пока мы верим, что за этой завесой ничего нет. Но мы ведь уже когда-то избавлялись от одной такой завесы, так что нам вполне по силам сделать это ещё раз!
Андрей САМБРОС
Powered by AkoComment 2.0! |
